«Ситуация в Петербурге сходна с московской, — говорит главный анестезиолог города Юрий Полушин. — Одни препараты из этой группы кончаются, другие уже закончились. По ряду лекарств производители нас предупредили, что производство будет в ближайшее время остановлено. А мы предупредили органы здравоохранения города».

Как отмечает издание, речь идет об узкой группе лекарств: атропине, адреналине, норадреналине, допамине, добутамине, эфедрине и их аналогах. Без атропина, например, во время операции у пациента может остановиться сердце. Это значит, что ни один серьезный анестезиолог без перечисленных препаратов не станет давать общий наркоз, а реаниматолог не проведет реаниматологических действий.

Исчезнувшие лекарства недороги, они входят в государственный список жизненно важных лекарственных средств и должны в обязательном порядке присутствовать в любой больнице или машине скорой помощи. Однако их отсутствие вызвано не столько дешевизной, сколько совпадением совершенно различных для каждого лекарства причин.

Лекарства исчезли одновременно, но по разным причинам

Атропин производится на Украине и перестал поставляться в Россию, как говорят на рынке, по политическим мотивам.

Импортный норадреналин только что зарегистрирован в РФ и еще не попал на рынок. У нескольких препаратов закончились лицензии, причем не только на препарат, но и на сырье. Из-за низкой стоимости возобновлять их производство отечественным предприятиям невыгодно, а госзаказа на них нет.

Импортные аналоги этих препаратов тоже недороги, но регистрировать их в России невыгодно из-за высокой стоимости процесса регистрации и ее длительности.

Еще месяц назад главный анестезиолог Москвы Евгений Евдокимов написал отчаянное письмо о критической ситуации вице-президенту Всероссийской федерации анестезиологов и реаниматологов академику Армену Бунятяну, прося о содействии. «Я обзвонил все инстанции, обил все пороги, но никакого эффекта, — сказал Армен Бунятян. — Ни Росздравнадзор, ни Росздрав не могут решить проблему. Препаратов этих у дистрибьюторов нет, а потребности в них огромны. Их вводят при всех операциях и взрослым, и детям, когда требуется общий наркоз или реанимация. Уже есть случаи жалоб акушеров, что анестезиологи отказываются давать общий наркоз без этих лекарств. В такой ситуации хирургии просто грозит паралич».

Некоторые анестезиологи и реаниматологи вынуждены идти на риск нарушения стандартов лечения, пытаются комбинировать другие препараты, изменять дозировки, но это до первых летальных случаев. Результатом такого лечения может стать вмешательство сотрудников прокуратуры. «Конечно, в первую очередь эта проблема коснулась больших городов, поскольку количество хирургических вмешательств здесь максимальное, но сегодня этих препаратов нет уже не только в Москве или Петербурге, но и в Новосибирске, и в Иркутске, на Урале, в других городах», — утверждает главный анестезиолог Москвы Евгений Евдокимов.

Главное — что специалисты не могут понять, к кому им обращаться и кто должен ответить за бесконечные провалы в лекарственном снабжении. «Ситуация в лечебно-профилактических учреждениях Москвы с этими препаратами плачевная, — утверждает Евдокимов. — Мы предупреждали правительство Москвы, обратились в формулярный комитет РАМН. В какой-то больнице, может быть, еще и есть минимальная заначка, но что делать анестезиологу, если из автоаварии привозят 10 человек с травмами, а у него 2 ампулы из необходимых 10? Как и кого выбирать?».

Пути выхода из кризиса видятся специалистам следующими: просить Росздрав срочно озаботиться проблемой, а Росздравнадзор обязать мониторить наличие этих лекарств в России и СНГ. В срочном порядке ускорить регистрацию импортных аналогов этой группы препаратов. Кроме того, должна быть проработана ситуация на фармацевтических рынках других государств и заключены договоры о поставках. Необходимо также продумать возможность резервного производства лекарств, для которых требуется госзаказ.